Для несведущего человека они опасны,
потому что подавляют свободные
движения природной личности,
заменяя их стадными стремлениями толпы.
Для человека, умеющего с ними
обращаться -- они колоссальный ресурс,
позволяющий получать энергию и информацию,
воздействовать на все стороны человеческой
жизни, заглянуть в глубины объединенного
разума человечества, открыть
для себя бесконечные горизонты
сознательного бытия...

Дмитрий Верищагин

Невозможное возможно!

Уинстон Черчилль рассказывал, что на заседания "большой тройки" Иосиф Сталин постоянно чуть-чуть опаздывал, и ему приходилось вставать, приветствуя советского генсека. Тогда, сговорившись, он и Рузвельт сами прибыли с опозданием на пятнадцать минут. Но и в этот раз Сталин появился позже них. После этого союзники решили не вставать при его появлении.
____________________
"Я до сих пор не знаю, что это было, -- пишет Черчилль. -- Стоило войти Сталину, и я помимо своей воли поднялся с места, когда он взглянул в нашу сторону".
____________________

Похожую историю, и тоже о "вожде всего советского народа", в своем дневнике рассказывает детский писатель Корней Чуковский:
____________________
"Вчера на съезде писателей сидел в шестом ряду. Оглянулся: Борис Пастернак. Взял его в передние ряды (рядом со мной было свободное место). Вдруг появляются Каганович, Ворошилов, Андреев, Сталин. Что сделалось с залом! А Он стоял, немного утомленный, задумчивый и величавый. Я оглянулся: у всех были влюбленные, нежные, одухотворенные и смеющиеся лица. Видеть его, просто видеть -- для всех нас было счастьем. К нему все время обращалась с какими-то вопросами Демченко. И мы все ревновали, завидовали -- счастливая! Когда ему аплодировали, он вынул часы и показал аудитории с прелестной улыбкой. И все мы зашептали: "Часы, часы, он показал часы". А потом, расходясь, уже после вешалок, вновь вспоминали об этих часах. Пастернак шептал мне все время о Нем восторженные слова, а я -- ему, и оба мы в один голос сказали: "Ах эта Демченко, заслонила его (на минуту)". Домой мы пришли вместе с Пастернаком, и оба упивались нашей радостью..."
____________________

И в самом деле -- что же это было? Что заставило Рузвельта и Черчилля невольно (надо заметить это слово -- "невольно"!) оказать почести политическому противнику? Как могли такие интеллигентные, умнейшие люди, а тем более травимый режимом Пастернак, так упиваться вместе в низменной толпой присутствием губителя многих и многих соотечественников?
История знает немало подобных примеров об известных людях. Наиболее харизматичная в этом смысле фигура -- Наполеон Бонапарт.
Известно, что Наполеон любил итальянские оперы, особенно "Ромео и Джульетта", но сам в театре никогда не аплодировал. Публика тоже не смела аплодировать, и в театре стояла небывалая тишина. Однажды певец Крементини пропел арию "Ombra odorata aspeta" с таким блеском, что министр итальянского королевства граф Морескальки не выдержал и несколько раз громко прокричал: "Bravo! Bravo!", после чего опомнился, слез со стула и на четвереньках выполз из ложи.
А уж что заставило всю Германию первой половины двадцатого века вскинуть руку в фашистском "хайль" -- и подавно за гранью понимания для нормального индивидуума. И в данной фразе главное слово -- индивидуум. Потому что, думаю, любой человек, в том числе и вы, читающий эту статью, хотя бы раз в жизни да ощущал вдруг, как, очутившись в большом скоплении чем-то увлеченного народа -- скажем, на большом митинге или на рок-концерте -- начинал незаметно для себя вовлекаться в происходящее. Оно становилось главнее всего остального, ему нужно было отдать предпочтение, отдать всего себя, все помыслы, все силы. Это было, было, достаточно лишь повспоминать внимательно!
Помните хороший отечественный фильм "Убить дракона" с Александром Абдуловым и Олегом Янковским (к сожалению, недавно ушедшими от нас) в главных ролях? В картине очень отчетливо обозначена идея: во всех свойствах дракона-правителя виноват сам народ. На собственном примере мне не повезло убедиться в этом постулате. Когда в начале 90-х прошлого века из Прибалтики в Грозный вернулся генерал Джохар Дудаев, он молниеносно захватил власть в обществе, уже готовом для конфликта на национальной почве. На моих глазах происходило то "чего не может быть" и то, во что ни один житель Грозного не хотел верить и жил в надежде, что это помрачение людей "пройдет само". Не прошло. Гражданская подлая бойня все же состоялась...
читать дальше